Пифия

Голубой дьявол вышел, и дверь бесшумно закрылась за ним.

— Я ошибалась,  — сказала Пенелопа, когда они остались вдвоем.  — Я думала, что готова выйти в Галактику, но я ошибалась. Мне надо подождать еще немного, пока мои силы не окрепнут.

— Тебе никогда не выйти из этой комнаты, Пенелопа. Она улыбнулась.

— В тот день, когда я буду готова, я выйду отсюда. Ты недооценил мои способности, когда мне было восемь лет, я недооценила тебя сейчас. Думаю, что никто из нас больше не совершит подобной ошибки.  — Она вздохнула и покачала головой.  — Я должна была увидеть… но было столько мелких деталей, столько вариантов: что сделает Индеец и в какой момент, когда появится Чендлер, когда нанесет удар Пред Тропо, в какую секунду очнется Индеец… — Она неожиданно улыбнулась.  — И все-таки мне почти удалось. Еще полсекунды, и я оказалась бы на свободе.

— Да, это так,  — признал Айсберг.

— В следующий раз я буду более аккуратной. http://bookswebbuys.ru

— Следующего раза не будет.

— Возможно, для тебя.  — Ее голос снова зазвучал спокойно и отрешенно.  — Ты старый, больной человек, твои силы на исходе.  — Она помолчала.  — Я же молода. С каждым днем мои силы растут, а за пределами этой комнаты меня ждет целая Галактика.

— Оставь ее в покое,  — посоветовал Айсберг. Она снова ему улыбнулась.

— Я не могу, ты же знаешь. Я вижу будущее, я вижу великие события, события, которые не могли бы тебе даже присниться. Настанет день, и я выберусь отсюда и осуществлю все свои замыслы.

Вернулся Пред Тропо с шестью охранниками.

— Вы готовы, Мендоса?

Айсберг кивнул и повернулся к двери.

— Айсберг,  — послышалось за спиной.

— Да?

— Я хочу поблагодарить тебя.

— За что?  — удивленно спросил он.

— За то, что тебе удалось удивить меня,  — сказала она.  — Всегда интересно ощутить нечто новое, а удивление… я ведь никогда его не испытывала.

— Надеюсь, тебе это понравилось,  — заметил он сардонически.

— Нет.  — Она задумчиво покачала головой.  — Нет, мне не понравилось. И я не хочу, чтобы меня еще когда-нибудь удивляли.

Ее слова повисли в пустоте, как зловещее облако.